Отцы и дети. Роман

Что остаётся от убеждения, когда собственный опыт ему противоречит? Тургенев, исследователь русской образованной среды XIX века, ставит Базарова в положение, где недостаточно выиграть спор. Можно отвергнуть чужие основания жизни, но на чём тогда держится своя? Нигилизм здесь получает проверку чувством, привязанностью и отношением к людям, которых невозможно свести к представителям ошибочного учения.

Исторический нерв романа — столкновение дворянской культуры с новым типом образованного человека, признающего авторитет естествознания и практической пользы. Однако распределить правоту между поколениями Тургенев не спешит. Сила возражения ещё не удостоверяет силу позиции, а слабость спорщика не отменяет предмета его защиты. В этом отношении роман точнее школьной схемы конфликта старого и нового.

Читайте, сопоставляя высказывания Базарова с его поступками, а речи Павла Кирсанова — с тем, что для него болезненно. На 288 страницах достаточно места для внимательного чтения; предварительный учебник философии здесь не нужен.