Панегирик. Том I и II

Как рассказать о собственной жизни, если публичные изображения людей давно вызывают у тебя подозрение? Ги Дебор, теоретик общества спектакля и участник ситуационистского движения, оказывается здесь перед задачей, непосредственно связанной с его критикой общества. Автобиография требует выбрать события, придать им порядок и решить, каким останется рассказчик в чужой памяти. Название «Панегирик» заранее лишает этот рассказ видимости беспристрастного отчёта.

Значение этих двух томов — в возможности сопоставить теоретическую позицию Дебора с его отношением к собственной судьбе. Воспоминания об окружении и привычках заслуживают внимания как свидетельство того, что он считал достойным сохранения. Однако объяснять всю его мысль характером или образом жизни было бы слишком простым решением.

Читать лучше рядом с «Обществом спектакля», различая довод и личное свидетельство. Перевод с французского выполнен Степаном Михайленко и Вадимом Голованенко. Комментарии Михайленко пригодятся там, где за частным воспоминанием стоит незнакомая историческая среда.